14:02 

Ха-ха

Djulian-of-Amberus
Это смерть, но она будет прекрасна! (с)
Название: В часы покоя
Автор: Djulian-of-Amberus
Канон: Star Wars: Clone Wars (2008 - 2014)
Размер: мини, 1273 слова
Категория: прегет
Жанр: ангст, кто бы сомневался, ust во все поля
Персонажи: Асока Тано|Энакин Скайуокер, остальные упоминаются
Саммари: Асока возвращается в свою комнату, которую делит с мастером.
Предупреждения: хэдканон на хэдканоне; Энакин на каблуках, ради чего всё и делалось; в каком-то плане кроссдрессинг, в каком-то плане ООС


Дверь в келью Энакина — в их с Энакином келью — была закрыта. Опять мастер куда-то ушёл. Наверное, на совет магистров-джедаев. Или заседание Сената, или на спарринг с Оби-Ваном, или на аудиенцию с Палпатином. Или просто на прогулку по Корусанту с неизвестной ей целью. Он часто так делал.

Ей в таких случаях оставалось подождать пару секунд, прежде чем искусственный интеллект распознает её и впустит.

Но сейчас этого не произошло. Дверь осталась закрытой наглухо. Похоже, Энакин заперся изнутри и сидел там один, словно не желая никого видеть. Причина тому оставалась неизвестной. Никаких трагических событий в этот день не произошло, в совет их не вызывали. Возможно, что-то случилось у него самого. Но что именно?

Чтобы узнать это, она нажала кнопку голосовой связи между коридором и комнатой и спросила:

— Мастер, вы там?

— А я-то думаю, кто там ходит в коридоре так громко, — в его голосе послышалась лёгкая усмешка. Насколько она его знала, это означало, что всё в порядке. — Что-то случилось, Шпилька?

— Вы заперли дверь, мастер, и я не могу зайти.

— А, точно.

Замолчав ненадолго, будто задумавшись, добавил:

— Ты одна?

— Да.

— Открыто.

Створки перед ней сразу же распахнулись, и она прошла внутрь.

Кельей это, конечно, можно было назвать только с очень большой натяжкой. Две просторных, разделённых перегородкой комнаты с окнами на всю стену. Конечно, там не было ничего, кроме жёстких кроватей, наследия пост-реванских реформ, и репликатора еды и питья со скудным выбором. Но никакой схожести с тем, что было во времена основания Ордена. Сырые полы и холодные стены давным-давно канули в прошлое. К счастью, наверное.

Она остановилась почти на пороге, пройдя ровно столько, сколько требовалось, чтобы дверь закрылась.

— У нас время обучения, Шпилька?

— Нет, мастер. Полтора часа отдыха.

— Хорошо, — протянул он, и прибавил после недолгой паузы. — Если ты ко мне, то проходи.
Лишь после этих слов она пошла дальше.

Энакин не очень любил, когда кто-то появлялся у него в комнате без стука. Впрочем, уяснить это пришлось только ей, как его падавану. Остальные визитёры, как правило, были старше его по званию, и их он за дверь выпроводить не мог. Даже сорваться от плохого настроения. Начальство в потенциальные ситхи записало бы мгновенно.

С Асокой всё становилось проще. Они оба порой контролировали себя не лучшим образом и слишком уж заботились о своих близких. Чаще всего — друг о друге, особенно на миссиях. Исходя из этого, упрекать мастера или падавана в склонности к Тёмной Стороне, ни одна, ни другой не считали себя вправе.

А самое главное, Асока являлась его подчинённой. Её можно было хотя бы вежливо попросить без разрешения не заходить. Это он и сделал. Уже достаточно давно, следовало заметить.

— Чего тебе, Шпилька? — спросил, увидев её, Энакин.

Асока ответила не сразу. Причиной этому послужил его не совсем обычный вид. Он сидел на аккуратно застеленной кровати. Одеяние уже было на нём. Брюки из коричневой материи лежали рядом с ним, сложенные вдвое. Около кровати стояли его прежние ботинки.

На ногах же у него красовалась причина ступора Асоки. Чёрные сапоги с высоким, почти до колена, голенищем, на тонком-тонком каблуке. Совершенно не военная и не практичная обувь. Зачем ему они нужны? Да ещё на голые ноги.

— Я просто зашла, — даже после паузы она не нашлась, что ответить.

— Одиночество заело? — грустно улыбнулся он, глядя прямо ей в глаза.

— Можно сказать, что и так, — она пожала плечами.

— Странно выглядишь. Ах да, у юнлингов же тихий час. Кому-то пора спать. Тебя уложить, или сама справишься? — на лице Энакина появилась ухмылка. Как обычно. Всё в шутку.

— Нет, спасибо. Я лучше помолчу рядом с вами, мастер.

— Молчать со мной могу и я, — он поднялся, попутно запахивая своё одеяние. После этого направился в её сторону, удерживая равновесие. Двигался он медленно, она бы сказала — горделиво вышагивал, ставя одну ногу практически перед другой. Зачем ему была эта походка? — Думаю, ты лучше справишься с разговором со мной. Ну же, Шпилька, — не дойдя пары шагов до неё, он нагнулся. — Что-то не так?

— Всё в порядке, — она помотала головой. — Не беспокойтесь, мастер.

— Тогда убери с лица эту кислую мину, сядь на кровать и следи за мной. Как только увидишь, что я плохо держу равновесие, или не так ступаю, говори.

— А зачем вам это? — она не удержалась от вопроса.

— Часть тренировок джедаев.

— Мастер Кеноби тоже так делал?

— Да. И как-то так совпало, что он эти навыки он тоже при мне оттачивал. Но знаешь, о чём я думаю, Шпилька?

— О чём?

— Представь себе, — заговорщицки произнёс он, — магистра Йоду на таких же.

Они засмеялись. Энакин, едва дойдя до кровати, покачнулся, сохранил для проформы равновесие и сел рядом с Асокой. Разговор всё никак не завязывался, постоянно о что-то спотыкаясь.

Выдохнув, Энакин встал и щелчком пальца дал компьютеру сигнал открыть окно. Затем прошептал: «Эй, Шпилька», и, встав в профиль к светившему солнцу, поставил ногу в сапоге на кровать.

— Вот теперь вы точно можете подавать заявку на «Мистер Корусант», — хихикнула Асока.

— Тебе смешно, — с наигранным осуждением ответил он. — А мне, может, и в самом деле придётся в этом перед Оби-Ваном вышагивать.

— Именно так? — она посмотрела на лежавшие рядом брюки.

— В полном обмундировании. Но кому от этого легче? Я уж лучше пролечу на своём дореванском поде рядом со звездолётом Гривуса, чем пробегу в этом пару сотен метров.

— Бежать в этом? — она подвинулась чуть ближе к нему.

— Угу, — кивнул он.

— Мой бедный-бедный-бедный мастер, — Асока приподнялась, с трудом дотянувшись до его плеча, чтобы похлопать.

— Не смешно, Шпилька, — отвернулся Энакин.

— Вас что, это действительно так беспокоит? — он почувствовал её ладони на своих коленях.

— Нет. Просто это не совсем привычно.

Подняв голову вверх, она увидела, что он перевёл взгляд на неё. Руку Энакин положил себе на бедро, придерживая полы одеяния, чтобы она ненароком их не сбросила.

Успокаивать мастера она не очень хорошо умела. Его чаще приходилось одёргивать, и с этим всегда справлялся Оби-Ван. Ей же оставалось положиться разве что на инстинкты.

Она положила голову ему на колено и начала гладить оголённую часть ноги. Она совершенно не понимала причин его волнения, но избавить от этого явно было не лишним.

Он понемногу расслаблялся, начиная дышать глубже и медленнее, опуская голову и прикрывая глаза. Войны клонов и постоянные тренировки ради поддержания собственной формы ухитрились измотать даже его. Она и сама понемногу впадала в транс, повторяя одни и те же движения.

Они почти заснули, когда Энакин, окончательно пришедший в себя, аккуратно убрал её руку и опустился рядом, закинув ноги на кровать и согнув их в коленях. После этого он полностью укутался в одеяние и, придерживая его правой рукой, приглашающе выставил в сторону левую.

— Ладно, Асока. Раз нам дали время на отдых, давай пользоваться им. Иди сюда.
Она послушно подвинулась ближе к нему, обхватила руками за шею и положила голову на плечо. Он прижал её к себе и слегка наклонился.

Джедаям запрещали привязываться к кому бы то ни было. Асока никогда не понимала этот концепт. Вероятно, потому, что её мастер никогда не пытался ей этот принцип привить. Сам несколько раз мог пожертвовать судьбой Ордена или даже Республики из-за неё, Оби-Вана или сенатора Падме.

Асока знала, что Энакин знал о её чувстве к нему. Но он ни разу не говорил с ней об этом, ни разу не отверг. Рассчитывать ей, однако, ни на что не приходилось: границу он очертил очень ярко. Но то, что при этом он открылся ей, приблизил к себе, стал уделять больше времени, она не могла не заметить.

Это пугало её. Он ведь почти в открытую шёл против порядков Ордена, и его, кажется, это не слишком волновало. И всё же он сражался на их стороне, на стороне Света. А то, что попутно он старался привнести в жизнь тех, кто ему дорог, ещё немного тепла, не являлось слишком уж серьёзным нарушением в глазах Асоки.

Утешив себя подобной мыслью, она почти заснула у него на плече, не увидев самого главного.

Убедившись, что падаван задремала, Энакин вытянул ноги, положил вторую руку ей на спину и посмотрел в послеполуденное небо Корусанта. Глаза его на секунду сверкнули жёлтым.

@темы: джен, гет, Энакин Скайуокер, Орден вам-кажется-что-монахов, Не миррор, а Тёмная Сторона, Далёкое Днище Галактическое, Войны тлена, Асока Тано, fan-fiction

URL
   

Хроники избирательного падения

главная